глава 1 глава 2 глава 3 глава 4 глава 5 глава 6 глава 7

книга 3. глава 3.

Глава III. ДЬЯВОЛ
Своей ясной формулировкой концепций, касающихся Божественного, христианство ведет нас к пониманию Бога как наивысшего абсолюта и наиболее чистой любви, в то же время оно не менее ясно определяет духа, который противостоит Богу, духа возмущения и ненависти: это Сатана. Но этот дух не есть некая личность и не должен рассматриваться как род черного бога: это извращенность общая для всех незаурядных умов. "Имя мое легион", — говорит Сатана в Евангелии, — "потому что нас много". Рождение ума можно сравнить с Утренней Звездой, и, после того как она просияет на мгновение, если она падает по собственному согласию в пустоту тьмы, мы можем обратить к ней те слова, которые произнес Исайя царю Вавилона: "Как ты упал с небес, о, Люцифер, Сын Утра?" Но означает ли это, что небесный Люцифер, Утренняя Звезда ума, превратился в адскую головню? Можно ли приложить имя «Светоносный» к ангелу греха и тьмы? Мы не думаем; особенно если это будет понято, как понимаем это мы, имеющие за собой магическое предание о том, что ад, персонифицированный Сатаной и символизированный старым змием, есть тот центральный огонь, который окружает землю, потребляет все, что она производит и пожирает свой хвост подобно змее Хроноса — одним словом, тот Астральный Свет, о котором Всемогущий предупредил Каина, когда он сказал:
"Если ты делаешь зло, то грех будет лежать у твоих ворот, то есть, так сказать, расстройство овладеет всеми твоими чувствами, — еще дал Я тебе повод для вожделения смерти, но ты господствуй над ним".
Царская и почти божественная персонификация Сатаны есть грубая ошибка, которая ведет назад к ложному Зороастру или, иначе говоря, к софистической доктрине его и материалистических магов Персии; они, представляли два полюса интеллектуального мира как божества, делая божественное пассивной формой в противоположность силе активной. Можно отметить, что такую же грубую ошибку совершала и индийская мифология. Ариман, или Шива, — это отец демона, как это понималось творцами легенд, и, однако, нашим Спасителем было сказано: "Дьявол-лжец, подобно его отцу". По этому вопросу церковь удовлетворяется Евангельскими текстами и не публикует догматических решений, содержащих определение дьявола. Добрые христиане избегают даже называть его, в то время как религиозные моралисты рекомендуют верующим не иметь никакого отношения к нему, стараясь сопротивляться его домоганиям с помощью мыслей, обращенных только к богу. Не следует удивляться, что эта мудрая мысль составляет часть древнего учения. В самом деле, почему свет учения должен был бы падать на того, кто темен умом и сердцем? Духа, который отвлек бы нас от познания Бога, оставим неизвестным, не в наших намерениях изменять то, что установила Церковь; мы рассматриваем в этом направлении лишь то, что имеется в секретных наставлениях посвященным в оккультные науки. Они говорили, что Великий Магический Деятель — правильно называемый Люцифером, потому что он носитель света и вместилище всех форм — есть посредствующая сила, растворенная повсюду при сотворении; что он служит созиданию, и разрушению; что падение Адама было эротическим опьянением, которое сделало его род объектом этого фатального света; что все любовные страсти, которые овладевают чувствами, являются вихрями этого света, пытающимися увлечь нас в пучину смерти; что сумасшествие, галлюцинации, видения, экстазы вызывают исключительно опасное возбуждение внутреннего фосфора; наконец, что свет в сущности есть природа огня, что он согревает и оживляет при его осторожном использовании, но сжигает и разрушает при эксцессах. Через этот свет человек призывается, с одной стороны, присвоить суверенное царство, столь заслуженное бессмертие, но, с другой, ему угрожают опьянение, поглощение и вечное разрушение.
В его мстительном, пожирающем и фатальном аспекте Астральный Свет может быть назван огнем ада, змием легенды, потому что мучительный грех, который кишит повсюду, слезы и скрежет зубовный по поводу неудач, которые он расточает, фантом жизни, которая покидает их и, кажется, оскорбляет их нищету, — все это можно назвать дьяволом или Сатаной. В великолепие и дела ада можно включить, наконец, те действия, те призрачные образы удовольствия, богатства и славы, которые дурно направляются вихрями этого света.
Отец Илларион Тиссо отнес некоторые нервные болезни, которые сопровождаются галлюцинациями и лихорадкой, к одержимости дьяволом и, если понимать это в смысле каббалистическом, он совершенно прав. Все, что отдает нашу душу фатальности головокружения, является поистине инфернальным, поскольку небеса — это вечное царство порядка, разума и свободы. Одержимые люди Евангелия бегут от Иисуса Христа; оракулы молчат в присутствии апостолов, потому что те, кто терзается болезнью галлюцинации, всегда вызывали непобедимое отвращение у посвященных и мудрецов. Прекращение прорицаний и одержимостей доказывает триумф человеческой свободы над фатальностью. Когда астральные болезни возобновляются, это является зловещим знаком спиритуального расслабления и за такого рода явлениями неизменно следует фатальное расстройство. До Французской революции имели место волнения и фанатики св. Медара были пророками кровавых бедствий. Знаменитый криминолог Торребланка, который дошел до корней дьявольской магии, точно описывает все феномены астрального возмущения, когда классифицирует дела демона. Вот некоторые извлечения из 15-й главы его "Оперативной магии":
(1) Демон есть постоянная попытка ввести нас в заблуждение.
(2) Он обманывает чувства, возбуждая воображение, хотя он не может изменить их природу.
(3) Когда перед глазами человека появляются ненормальные вещи, в его уме возникает воображаемое тело и феномен продолжается до тех пор, пока фантом остается там.
(4) Демон разрушает равновесие в воображении возмущением жизненных функций, что ведет к нарушению здоровья, к болезням.
(5) Когда некоторая смертельная причина разрушит это равновесие, становится возможным сон в бодрствующем состоянии и несуществующее приобретает подобие реальности.
(6) Умственное восприятие образов такого рода создает зрелище не достойное доверия. (7} Видения воплощаются, но они суть просто изменение формы.
(8) Древние различали два вида болезни, один из них состоит в восприятии воображаемых форм и называется безумием, а другой они называли корибантизмом, он представляет собой звуковые галлюцинации.
Из этих положений, которые в некоторых отношениях курьезны, следует, что Торребланка ассоциирует болезнь с демоном, который, в действительности, и есть сама болезнь. Повторяющиеся попытки Астрального Света разрушить суть сущности — часть его природы; его непрерывные течения утомляют подобно воде, и он даже истребляет как огонь, потому что он есть самая сущность и разлагающая сила огня. Дух противоречия и любовь к разрушению, которые характеризуют тех, кем он управляет, являются инстинктами этой силы. Они вызывают страдания души, которая сознает несовершенство жизни и испытывает порывы в противоположном направлении. Душа стремится найти себе конец, но в то же время боится умирать в одиночку и потому хочет включить в разрушение все сущее. Такая астральная порочность часто принимает форму ненависти к детям; неизвестная сила призывает некоторых людей убивать их. Доктор Бриер де Буамон приводит страшные примеры этой мании, описывая преступления Папавуана и Анриетты Корнье.
Пострадавшие от астрального извращения злорадны и ревнивы к благополучию других; они особенно враждебны к надежде и, даже высказывая утешение, они используют самые ужасные и душераздирающие выражения. Объясняют это тем, что их жизнь отождествляется со страданиями, и что они кружатся в пляске смерти. Кроме того, это астральное извращение и жажда смерти, которая оскорбляет акт рождения, ведя к его попранию святотатственными забавами и постыдными шутками. Непристойность есть богохульство против жизни. Каждый из этих пороков персонифицируется черным идолом или демоном, который является негативным и искаженным отражением божества, которое сообщает жизнь — это идолы смерти. Молох — это рок, который пожирает детей. Сатана и Нирах — это боги ненависти, несчастья и отчаяния. Астарта, Лилит, Нахема, Астарот — это идолы разврата и неудачи. Адрамелек — это бог убийства, а Белиал — бог мятежей и анархии. Таковы чудовищные концепции разума, когда он останавливается на краю угасания и рабски поклоняется своему разрушителю. Согласно каббалистам, истинное имя Сатаны есть перевернутое имя Иеговы, потому что Сатана это не черный бог, а отрицание божественности; Он есть персонификация атеизма и идолопоклонничества. Дьявол для посвященных есть не индивидуальность, а сила, созданная с добрыми намерениями, хотя она может быть приложена ко злу: она есть на самом деле орудие свободы. Они представляют эту силу, в виде мифологической фигуры рогатого бога Пана, и отсюда козел Шабаша, брата древнего змия, — носитель света, превращенного поэтами в ложного Люцифера легенды.


глава 1 глава 2 глава 3 глава 4 глава 5 глава 6 глава 7





Free counter and web stats